Собственно на Маргариту мы летели с двумя целями: во-первых, встретиться с моей мамой, которую я не видела уже полгода, а во-вторых, чтобы оклематься после мотаний по Перу и набраться сил перед возвращением в Москву. Намечался скучный "овощной" отдых без лишних перемещений и потрясений. И, честно говоря, он таким и оказался, если не считать пары происшествий, добавивших радости моему существованию.

Особенный задор нашему отдыху добавлял мой мамусик. Как и многие люди невысокого роста, моя мама представляет собой сгусток энергии, передвигающийся со скоростью, близкой к световой. Прилетев за сутки до меня и перепутав даты нашего прибытия, она успела взбодрить весь отель и службы аэропортов Парламара и Каракаса. Поэтому когда девушка на ресепшн вместо "Welcome" измученным голосом заявила "Твоя мама здесь", я поняла, что с мыслью о спокойном времяпровождении мне придется распрощаться.

Где-то на третий вечер нашего пребывания "аниматоры" отеля устроили конкурс красоты. Поддавшись тычкам моей мамули и будучи изрядно навеселе, мы с Настей выползли на сцену. Конкуренток было две, обе из Тринидада и Тобаго. В нашу с Настей пользу играла наша экзотичность для данного региона - мы были единственными русскими в громадном отеле, но... это одновременно играло и против нас – так как болельщиков соответственно было тоже немного, а точнее двое - мамуля и папуля.

Ослепив всех красотой, сообразительностью и артистичностью, мы победили. А я - так вообще заняла первое место. Нам с Настей вручили по медали и бутылку рома, помимо этого все мужчины отеля при встрече со мной в течение ближайших трех дней должны были кланяться и восклицать "О, мисс Лагуна Мар!"... С высоко задранными носами мы, следуя традиции, пригласили всех гостей на дискотеку, а сами потопали в бар праздновать победу.

В этом самом баре я и подцепила красоты необыкновенной доминиканца с очаровательным именем Хуан Алехандро Галера. То есть на самом деле это был проживающий в настоящее время в Доминиканской Республике венесуэлец по национальности, детство и отрочество которого прошли на Кубе, где его лексикон пополнился русской фразой "Идьи сьюда". На Маргариту его занесло в командировку в компании двух его коллег – Хулио Сезара Тавареса и Даниэля, которого они ласково называли Данилито.

Оставив Настену в компании двух последних, мы с Алехандро (на имя Хуан он, к моей великой радости, категорически отказывался отзываться) отправились на прогулку по пляжу... Наверное, перед смертью я буду вспоминать именно такие моменты – черный бархат небосклона, усыпанный звездами-бриллиантами, теплый песок под ногами, шорох волн и волнующий голос почти Бандераса.

К четырем часам утра "секьюрити" отеля стали особенно навязчивыми, и мы решили распроститься. Как истинный джентльмен, Алехандро вызвался проводить меня до номера. Единственный ключ от комнаты остался у Насти, которая, по моим подсчетам, должна была уже спать.

Робко постучав в дверь и не получив никакой реакции со стороны моей подруги, я призадумалась. Если я постучу погромче (например, ногой), то, возможно, разбужу Настену, а заодно - и половину соседей по этажу. На посторонних людей мне было наплевать, но больше всего меня волновала моя мама, номер которой был рядом. Человек она немолодой, сон у нее чуткий, а сердце слабое. Если она сейчас, в 4 часа утра, выйдет и увидит меня в обществе горячего латиноамериканского мачо – это ей, наверное, не очень понравится? Даже если мама догадывается, что после непродолжительного брака и нескольких бурных романов я уже не девственница, некоторый стресс она все же получит...

Сделав еще несколько безрезультатных попыток достучаться до Насти, мы пришли к выводу, что скорее всего ее в номере нет, и, возможно, она составила компанию Хулио, который делил комнату с Алехандро. Однако Хулио спал, что было неудивительно в начале пятого утра, но спал он один. Я позвонила в наш номер, но трубку никто не брал. На наши вопросы относительно места нахождения моей подруги Хулио вспомнил, что, когда он уходил, она оставалась в компании Данилито и сделал предположение, что она у него.

По этому поводу у меня были некоторые сомнения, так как, несмотря на симпатичную мордашку, Даниэль был по габаритам меньше Настены почти в 2 раза и на героя ее романа никак не тянул, а учитывая, что Настя не говорит ни по--английски, ни по-испански, то и в собеседники не очень годился. Тем не менее эту версию нужно было проверить. Хулио помнил, где находится номер Данилито, но не помнил цифр, так что позвонить мы не могли. Процессия, состоящая из Хулио, Алехандро и меня, двинулась на поиски номера Данилито. Узнав номер комнаты, мы вернулись обратно и стали названивать Даниэлю. Но и он был solo. Я еще раз позвонила к себе. Потом мы еще раз сходили к нашему номеру и пытались постучать.

Не хотелось раздражать "секьюрити", которые торчали на каждом этаже по несколько штук и уже заметно напрягались, наблюдая за странноватой троицей: два латиноса, один из которых в трусняке (Хулио), а другой волочит на себе полупьяную и полусонную девицу, и эта троица курсирует по отелю в половине пятого утра... Из этих соображений Алехандро предожил мне провести остаток ночи у них.

Мне очень хотелось спать, и в принципе я была уже согласна на что угодно, лишь бы принять горизонтальное положение... Но меня волновали 2 вопроса. Во-первых, где собственно Настя? А во-вторых, проснусь я утром с диким похмельем, а рядышком Хуан Алехандро Галера и Хулио Сезар Таварес... Не слишком ли это даже для Кончиты Гонзалес?

Алехандро позвонил на ресепшн, что-то долго объяснял на испанском, потом схватил меня и потащил на мой этаж. Через несколько минут появился портье и открыл мой номер вторым комплектом ключей. Настя, забывшись сном праведницы, посапывала в своей постели...

Страстно распрощавшись со своим ухажером, я стала готовиться к долгожданному сну, как вдруг в дверь постучали. Замотавшись в полотенце, с зубной щеткой в руке я открыла дверь. "Секьюрити", помахав у меня перед носом незажженной сигаретой, поинтересовался:

- Do you have a lighter?

У меня челюсть отвисла. Пять утра, а этот перец носится по отелю в поисках зажигалки! Интересно, он ко всем подряд скребется или выборочно?

- Обалдел, что ли? Иди спи! Курение вредит вашему здоровью! - от неожиданности выдала я по-русски.

Через два дня Алехандро отбывал на обратно в Доминикану, увозя номера моих телефонов, адреса электронной почты и сердце... Двое суток, проведенных вместе, согрели теплыми воспоминаниями весь остаток отпуска и еще полтора года потом, которые взбадривались е-мейлами и телефонными переговорами...

На этом можно было бы и закончить, но перед вылетом из Каракаса в Москву произошло еще кое-что.

Ожидая у стойки вылета остальную нашу группу, которая колесила по Боливии во время нашего загорания на Маргарите, мы с Настей в состоянии полнейшего релакса поедали мороженое. Наконец, в толпе туристов показался Леша, и мы флегматично махнули ему мороженным.

- Где твоя кока? – сходу выпалил Леша. (Напомню, что в Куско были в свободной продаже листья коки во всевозможных видах – сушеные, жженые, в виде пакетиков чая. От жадности я накупила целый пакет.)

- Здравствуй, Леша!

- Куда ты дела коку?

- В чемодане, а чемодан сдала еще в Парламаре до Москвы. А в чем, собственно, дело?

И Леша рассказал.

В тот день, когда мы в жуткой суматохе улетали из Куско, Леша сунул супруге Юле пакет, как он объяснил, с «сувенирами для дочки». Пережив стресс с укороченными пересадками, Юля расслабилась только на подлете к Франкфурту. Самолет прилетал вовремя, багаж – один небольшой чемодан - был зарегистрирован до Москвы, в руках только сумочка с документами и пакет с сувенирами... До рейса на Москву оставалось около 3-х часов, которые Юля решила посвятить походу по Duty Free.

На выходе из самолета прибывших пассажиров встречали служащие аэропорта и полиция с собаками. Проходя мимо одной из последних, Юля мило улыбнулась. Собака посмотрела на Юлю, потом на полицейского и снова на Юлю. Полицейский аккуратно, но цепко схватил Юлю за локоть и отвел в отделение, где Юлю тщательно обыскивали в течении двух с половиной часов, обнаружив среди магнитов и открыток листья коки. Из багажа извлекли Юлин чемодан, который тоже вывернули наизнанку и обнюхали собакой.

На рейс Франкфурт-Москва Юля, конечно, успела, но воспоминания об обыске, которому подверглась начинающая контрабандистка наркотиков, до сих пор вызывают у нее стресс...